В среду в Евросоюз приняли 10 новых членов: Латвию, Литву, Эстонию, Польшу, Чехию, Словакию, Словению, Венгрию, Кипр и Мальту. Руководитель Центра изучения европейской интеграции Института Европы РАН Юрий Барко считает, что после расширения Евросоюза Европа решит амбициозную задачу: будет создан рынок, вмещающий население в 450 млн человек. Но решение этой задачи не соединит страны континента, а разделит их на государства первого и второго сорта.

- Как расширение Евросоюза повлияет на Европу и на нас?

- Этот процесс можно охарактеризовать одной фразой: «торжества проходят, проблемы остаются». Вступающие страны, конечно, могут сказать, что они решили историческую задачу - вернулись в Европу. Помните, Вацлав Гавел как-то сказал: «Мы должны вернуться в Европу». Вот они и вернулись. Что касается стран бывшего Европейского союза, то они реализовали амбициозный план превращения западноевропейской интеграцию в европейскую, поскольку вышли впервые за пределы своего западного региона и создали огромный внутренний рынок, вмещающий 450 млн жителей. С одной стороны, это действительно крупнейший политико-экономический блок. Но, с другой стороны, это начало очень тяжелой жизни.

- Для кого? Для старых или для новых членов?

- И для тех, и для других, для всей Европы. Вступающие страны обречены на долгие годы быть на положении маргиналов - государств второго сорта. Таковыми они будут, потому что очень сильно отстают экономически от западноевропейских стран, потому что им предлагают очень жесткие условия участия. Они вступают в ЕС, но вместе с тем для них там начинается длительный переходный период, который, например, разрешает свободное движение лиц только через 7 лет, либерализацию капиталов - тоже через многие годы, шенгенская граница между ними и старыми странами остается.

- Они члены ЕС, но не члены шенгенской зоны?

- Именно. И войдут они в шенгенскую зону только года через 3-4, а то и позже. Австрия говорит, что их вообще до 2010 года не пустит. Остается масса условий, превращающих эти страны во второстепенных членов ЕС. И я должен сказать, что уже сейчас проявляется снобистское отношение со стороны старой европейской бюрократии к этим вновь вступающим. Как только «новые» попытались занять самостоятельную позицию по Ираку, Ширак их обругал как на уличном базаре.

Новым членам будет действительно трудно сократить экономическое отставание, а это создаст проблему конкурентоспособности на едином внутреннем рынке. Что им, например, делать с их сельским хозяйством, которое нужно коренным образом реформировать, а денег на это нет? А старые члены обязаны будут десятки миллиардов евро выделять на содействие этим странам, чтобы их подтягивать хоть немного под свой уровень. В один день этого не сделаешь.

- «Старики» обязаны будут поделиться с «новичками» из собственного кармана?

- Совершенно верно. Они обязаны будут поделиться, но ведь они, в свою очередь, продолжают экономически отставать от США. Они проигрывают экономическое состязание с американцами уже в течение последних 15 лет даже без этого очень обременительного довеска из десяти новых членов. Отстают по темпам роста производительности труда, по валовому продукту.

- Кстати, а Россия- то в этом европейском разнобое, в этой мутной воде может поймать какую-то рыбу?

-Лучше нам не ловить никакую рыбу, потому что мы все равно поймаем не ту. Лучше делать так, как делал раньше Сталин, будь он неладен. Сталин понимал, что порой мы абсолютно ничего не можем сделать. Поэтому в таких случаях он произносил громогласно какие-то жесткие речи, поносил всех дрянными словами, но на деле ничего конкретного не предпринимал. Вот и нам, в принципе, нужно так действовать: слова говорить, но ничего не делать. И ни в коем случае нельзя пытаться играть на этих разногласиях. Как только мы начинаем пытаться играть с одними против других, то они между собой потом быстро договариваются, а мы оказываемся у разбитого корыта. Это уже не раз было в истории.

Сейчас мы действуем более аккуратно и, ради Бога, не думайте, что мы пытаемся вбить клин между странами Европы, между ЕС и США. Ситуация очень сложная и мы выступаем с позиций слабости.

- Мы сегодня должны исходить из того, что мы не сильное государство?

- Конечно. Совершенно верно. Но это не значит, что мы не отстаиваем свои позиции. Вот мы говорим, что тут не хотим с вами идти, потому что это против наших интересов. Нам нужно быть настойчивыми там, где речь идет о наших конкретных интересах. Вот в вопросе с Калининградом мы все-таки по поводу благоприятного визового режима кое-что выбили.

- А вы верите, что к 2007 году мы добьемся для себя безвизового въезда в Европу?

- Нет.

- Но ведь об этом фактически уже объявили.

- Мало ли, что объявляют. Нет, полной свободы с визами к этому времени не будет. Но всегда можно сделать какие-то частичные шаги, которые позволяют сказать, что мы на этом пути не топчемся на месте. Начать хотя бы с безвизового режима для тех, у кого есть дипломатические служебные паспорта. Если это сделают, то действительно уже будет плюс, потому что с точки зрения развития деловых отношений это чрезвычайно важно. Деловые люди и дипломаты, включая, скажем, такого, как я специалиста по европейской интеграции, должны со своими паспортами очень легко ездить. Это важно, и это уже будет большой шаг вперед. Потом можно сделать льготы для студентов. Надо двигаться к безвизовому режиму постепенно, но в то, что всеобщий безвизовый режим будет уже в 2007 году, я в это не верю.

Страна.Ру